Черепки, могильники и древние руины, исследуемые археологией, обычно не дают четкой этнической идентификации их создателей, но лишь свидетельствуют об их принадлежности к той или иной материальной культуре. В свою очередь, летописи зачастую писались заинтересованными авторами, продвигавшими собственную религиозную и политическую повестку или интересы своих покровителей. Труды европейских и российских путешественников, военных, дипломатов, исследователей XVII-XIX вв., касающиеся Кавказа, как правило, отражают цивилизаторские представления их составителей. Зато названия водоемов, гидронимы, оставались неизменными в течении веков, и даже тысячелетий. Поэтому их языковая принадлежность служит самым верным свидетельством о наиболее раннем этническом составе населения любого региона мира[4204] .

Характерный пример «долгожительства» и «исторической памяти» гидронимов – название Каспийского моря в большинстве современных языков. Античные авторы, писавшие на рубеже нашей эры[4205] , то есть, 2000 лет назад, выводили наименование этого водоема от этнонима племени каспиев, живших на его берегах задолго до них[4206] . В свою очередь, персы, турки, туркмены и азербайджанцы называют Каспий Хазарским морем в честь Хазарского каганата, который контролировал северо-западные и северные прибрежные районы, но канул в лету более тысячи лет назад.

Названия большинства гидронимов на территории современной Армении были изменены в течение второй половины XX – в начале XXI в. Но письменные источники предшествующих 100-150 лет позволяют установить их прежние наименования. В них отражены в общей сложности 155 названий водоемов, существовавших в позапрошлом и прошлом веках в теперешних границах Армении (некоторые к нашему времени высохли). 110 имеют несомненно тюркскую идентификацию и 6 – однозначно армянскую (см. полный перечень).

Если же рассматривать теперешнюю столицу республики, город Ереван, то в радиусе 40 км от его нынешнего центра источники XIX – первой половины XX вв. фиксировали 28 гидронимов. 15 из них имеют явную тюркскую идентификацию, еще 4 – смешанную тюркско-армянскую, и лишь 1 – армянскую (см. полный перечень).

Даже само название нынешней столицы Армении имеет неармянское происхождение: «Эривань, у восточных писателей Ревань…»[4207] . Именно так, «Реван», называли этот город в начале XVIII в. представители армянской знати и духовенства[4208] , выполнявшие на Кавказе разведывательные поручения российского руководства. «У Персиян город этот именуется Ревань, от слова ривань – быстроток»[4209] , – пояснял Кавказский календарь 1851. «Татары называют этот город Ираван и производят название его от слов ая-раван, что означает "течет"»[4210] , – сообщается в «Сборнике материалов для описания местностей и племен Кавказа» 1881. Обе версии происхождения этого топонима, персидская и тюркская, связаны с рекой, пересекающей город. «Здесь она быстро несется по скалистому руслу и иногда скрывается под зеленью садов»[4211] , – писал публицист Ерицян в конце 1870-х.

Эта река упоминается у европейских путешественников XVII столетия под наименованиями Zanghi[4212] , Zenguy[4213] и Zengui[4214] . Армянские авторы того времени называли ее «Занки-чай»[4215] или «Зангу[4216] ». Знаменитый русский писатель и дипломат Грибоедов сообщал в феврале 1819: «…быстрая Занги в иных местах застыла, в других медленно пробивается сквозь льды и снега под стены Эривани»[4217] . «…Следуя долиной реки Занги, путешественник достигает Эривани»[4218] , – писал один из основателей Парижского географического общества Эйриес, посетивший город в 1830-х. Русский путешественник, побывавший в Эривани в 1890-х, повторяя то же название, видел, «как эта гремящая, шумящая речка мчится по ущелью, вздымая пенистые валы»[4219] . А уже после провозглашения Республики Армения в 1918 ее армейское командование[4220] и военные предводители турецких армян именовали эту реку исконным именем «Занги[4221] » или «Занга[4221] ». 

Тот же корень «занг» содержится в названии горного хребта и получившего от него свое наименование исторического региона на юго-востоке теперешней Армении – Зангезур. Армянский автор начала ХХ столетия пытался объяснить, что оно произошло «от искаженного армянского слова զանգ զօրաւոր (занг зоравор) – "колокол сильный", так как в монастыре, в двух верстах от Герусов [в то время – административный центр Зангезурского уезда], когда-то находился огромный колокол, благовест которого доносился далеко за несколько десятков верст, почему и народ привык говорить զանգ զօրաւոր»[4222] . Эта версия укоренилась в армянской среде. Как свидетельствует один из азербайджанцев, живший там в 1957-1988, «Армяне тоже говорили "Зангезур". Но вот почему: в Горисе есть село Татев. В этом селе есть колокол ("занг"). Они связывают название Зангезура с этим колоколом. Якобы, когда азербайджанцы нападали на армян, те били в этот колокол, и в четырех районах [Зангезура] его было слышно»[4223] .

Но такое объяснение могло быть приемлемо, если бы этот корень имелся лишь в одном названии Зангезура. И уж никак не получается применить его к наименованию эриванской реки, русло которой проходит на большом расстоянии от того места, где «когда-то находился огромный колокол». Данная версия представляется уж совсем невероятной если учесть, что эти два топонима (Занги и Зангезур) далеко не единственные с таким корнем в регионе. Так, на востоке Грузии, близ границы с Азербайджаном, протекает горный ручей Zangauris-Khevi[4224] ; в Азербайджане – реки Zangiçay, Zəngidərə и Zəngilan; в Туркменистане – есть озеро Zeňňibaba[4225] (Зенги-баба); в Узбекистане – средневековый водный канал Занг[4226] и колодец близ раннесредневековой крепости Зенги-баба[4227] ; в Афганистане – река Sor Zangi[4228] , а также пересыхающие ручьи Āb Zangī и Qōl-e Zangī Bāy; в северо-западном Иране недалеко от границы с Азербайджаном – река Zangebar Сhay[4229] (Zangemar[4230] ). В общей сложности в странах Южного Кавказа и Центральной Азии, а также в Афганистане, Иране, Турции, Татарстане, Восточной Сибири и Харьковской области Украины имеется более 50 названий водоемов, гор, долин и населенных пунктов с корнем Zangi (Zange, Zanga, Zengi). Все они расположены в местностях, заселенных тюркскими народами, либо таковые там обитали в период Средневековья.

Ухищрения современных азербайджанских историков объяснить происхождение названий Занги и Зангезур носят такой же надуманный характер, как и версия об армянском колоколе. Они пишут о существовании «многочисленных топонимов» с корнем Zən, якобы названных по этнониму некоего тюркско-азербайджанского «племени Zəngi». Впервые эта теория появилась в сочинении Мусы Уруда «Zəngəzur» в 2005 г. Он утверждал, что название данного региона происходит от огузского «племени Zəngi». По его словам, оно известно «на протяжении всей истории своими выдающимися военачальниками и государственными деятелями» (без указания имен). И пришло это племя в Зангезур с территорий теперешнего Узбекистана. При этом Уруд отожествлял его со средневековой тюркской династией Зангидов иракского Мосула. Причем, автор представил свои соображения именно в виде теории, предварив ее изложение оговоркой «По нашему мнению». Со временем она перекочевала во множество азербайджанских «научных» статей без ссылки на первоисточник. Хотя в работах более ранних и авторитетных азербайджанских историков, таких как Зия Буниятов и Гияседдин Гейбуллаев, подробно освещавших этногенез азербайджанской нации, тюркское племя Занги не упоминалось. Нет о нем сведений и в трудах западных и российских тюркологов (если не считать одно из самоназваний западно-кавказских карачаевцев, «зангы[4231] », сохранявшееся еще в начале ХХ в.). Не случайно, современные азербайджанские авторы точно не указывают ни места, ни времени обитания этого мифического племени. Что же касается Зангидов Мосула[4232] , то в XII-XIII вв. они контролировали различные территории теперешних Ирака, Сирии и Ливана. Название самой династии происходило от имени ее основателя, а не этнонима. Абсолютное большинство топонимов с корнем Zang или Zeng находится за пределами бывших владений Зангидов, и хотя бы только поэтому не может быть производным от созвучного названия династии. 

Зато у тюркских народов Евразии широко известен древний культ покровителя крупного рогатого скота и пастухов[4233] , согласно казахскому эпосу, пасущего коров «за рекой[4234] ». «Пространство "за рекой" – это потусторонний мир в тюркской мифологии»[4235] . А одна из героинь тюркско-огузского эпоса, окончательно сформировавшегося на Южном Кавказе, подозревая гибель своего сына, с горечью вопрошает: не поплыл ли он «по вечно текущей быстрой реке»[4236] .

В период исламизации тюрок этот связанный с сакральной рекой пастушеский культ слился с образом туркестанского суфийского шейха Занги/Занге/Зенги-Баба (Ата)[4237] . Он жил в XIII в[4238] ., и, согласно преданиям, являлся инициатором обращения в ислам многих тюркских народов[4239] . Образ «вечно текущей быстрой реки[4240] » тюркской мифологии наложился на суфийскую «водно-речную» символику вечной жизни и духовного путешествия-перерождения.

В Центральной Азии культ шейха Занги/Занге/Зенги-Баба (Ата) был частью целого комплекса «водных» верований, основанных на сакральном патронате суфийских святых большим рекам и каналам[4241] . Особая роль в нем отводилась крупному рогатому скоту[4242] . Формирование данного комплекса верований началось в IX-X вв. путем исламизации домусульманских культов[4243] . Со временем связанные с ним суфийские святилища сконцентрировались близ крупных водоемов. Наиболее значительные – в истоках, верховьях и устьях рек[4244] , а также в горах на путях следования пастухов[4245] . Примечательно, что очень почитаемые пиры и оджахи, то есть, исламизированные святилища эриванских тюрок были связаны с водой[4246] .

А Оджаг тепеси[4247] , который пользовался у них особой известностью, находился на озере Гокча у верховий реки Занги[4248] . Согласно преданиям[4249] живших там тюрок, рядом с этим святилищем захоронен Баяндур-хан. Он фигурирует[4250] в огузском эпосе «Китаб-и дэдэм Коркут[4251] », формирование которого началось в Центральной Азии в IX в. – одновременно с возникновением суфийского комплекса «водных» верований.

Там же, в Центральной Азии, локализуются наиболее ранние гидронимы с корнем Zangi (Zange, Zanga, Zengi) в местах водопоя крупного рогатого скота. В Узбекистане, Туркменистане, Афганистане и Иране сохранились топонимы, включая названия водоемов, состоящие из слова Zangi и «приставки» с четкой суфийской коннотацией (Sheikh Zangi, Zangisheh, Khwājah-Zangi, Zangiota). Это служит подтверждением того, что такие гидронимы происходят непосредственно от указанного культа. В свою очередь, долины и горные массивы с соответствующим корнем, широко распространенные в средневековом тюркском ареале, являлись местами выпаса скота[4252] .

То же самое касается Зангезурского хребта, который орошался несколькими небольшими реками, множеством мелких речушек и ручьев[4253] . По свидетельству очевидца, описывавшего местные реалии начала 1890-х, «Скотоводство здесь значительно развито и стоит выше других отраслей сельского хозяйства, чему немало способствуют просторные пастбища с хорошею травою…»[4254] . Причем, зангезурские пастухи имели общие пастбища с карабахскими[4255] , что может объяснять наличие в соседнем Карабахе топонимов с тем же корнем (река Zəngilan и село Zəngişalı). Цитируемый автор XIX в., выделяя среди зангезурских скотоводов тюркских пастухов, отмечал, что «на первом месте стоит крупный рогатый скот». Тогда же составители авторитетного энциклопедического издания сообщали, что в летние месяцы «расположенные здесь пастбища оживляются кочевниками и их стадами»[4256] . А осенью они спускались «на зимовку в теплые ущелья». Те же авторы отмечали, что скотоводством в Зангезуре занимались в то время «адербейджанские татары». Еще в 1920-х на склонах Зангезурского хребта располагался «пастбищный район…, изобилующий прекрасными кочевками»[4257] . А Горис (Герусы), в двух верстах от которого находился тот самый армянский колокол, был «в центре беспрерывного продвижения кочевников»[4258] . И в 1950-х крупный рогатый скот все еще выделялся в пастбищном животноводстве Зангезура[4259] . А ведь суфийский святой Занги/Занге/Зенги-Баба (Ата) считался у тюрок покровителем именно крупного рогатого скота и пастухов.

Ученики этого шейха имели в XIV в. особое влияние на мусульманских правителей Золотой Орды[4260] . То была огромная тюркская империя, простиравшаяся до восточных областей Кавказа[4261] , и претендовавшая на земли теперешнего Азербайджана[4262] . В 1350-х золотоордынские владения растянулись на юг вплоть до Нахичевани[4263] . В этом регионе верховная власть, как и по всей империи, покровительствовала суфизму[4264] . Именно в XIV столетии в Карабахе и Нахичевани, близ восточных и западных окраин Зангезура, под влиянием из Туркестана (вероятно, через Дагестан[4265] ) появились очаги суфийской пропаганды[4266] . Она, адаптируя доисламские культы[4267] , играла на Кавказе, как и в других местах Евразии, особую роль в исламизации тюркских кочевников[4268] . В период 1386-1403 часть территорий Южного Кавказа, в том числе земли теперешней Армении, включая Зангезур, эпизодически контролировались центральноазиатским правителем Тимуром. Он покровительствовал тому течению суфизма, к которому принадлежал Занги/Занге/Зенги-Баба (Ата), и культу самого этого святого[4269] . Но в начале XVI в. суфизм утратил свои позиции на землях теперешних Армении и Азербайджана[4270] . Поэтому свидетельством его укоренения до того времени на окраинах Зангезура служат сведения о том, что еще в начале XIX в. среди тамошних тюркских племен было одно с этнонимом Sufilu[4271] . Такие же кочевники заселяли верховья, низовья и долину реки Занги[4272] . Для них она была одним из главных источников водопоя крупного рогатого скота.

Все сказанное однозначно свидетельствует о тюркском происхождении наименования реки, по характерным чертам которой названа столица Армении. То же самое касается и Зангезура. Оба относятся к целому комплексу наименований водоемов, гор и долин Евразии, имеющих общий корень Zangi (Zange, Zanga, Zengi). Он происходит от древнетюркского-суфийского культа Занги/Занге/Зенги-Баба/Ата – покровителя крупного рогатого скота и пастухов. Обитание в бассейне реки Занги и Зангезуре скотоводческих тюркских племен и распространение в их среде суфизма дополнительно подтверждают вывод о происхождении этих названий.

Лишь в 1950-х – 1960-х Зангезур во всех источниках «превратился» в Сюник. И в 1950-х же тюркское наименование Занги было изменено на армянское «Hrazdan». В путеводителе 1948 речь еще шла о «небольшой речке Занги», которая «обтекает город с запада и исправно поит его сады и скверы»[4273] . Но уже в 1952 писательница Шагинян называла ее «прелестной рекой Зангой-Раздан»[4274] . В одном из томов Большой Советской Энциклопедии, изданных в том же 1952, эта река обозначалась, как «Раздан (Зангу)»[4275] , а в другом томе давалось пояснение, что «Занга – прежнее название р. Раздан»[4276] . Но еще в 1957 Шагинян писала: «Одна из самых известных армянских рек – это Раздан, или Занга, впадающая в Аракс»[4277] . Очевидно, в то время еще широко использовалось тюркское название, поэтому потребовалось давать такое объяснение. А чтобы ни у кого не возникало крамольных мыслей и воспоминаний, был специально сделан акцент на том, что это сугубо армянская река. В советской туристической брошюре 1958 она именовалась уже исключительно «Раздан[4278] ». Исконное наименование столичной реки «исчезло», как и сотни других тюркских названий водоемов, гор, долин и населенных пунктов на территории современной Армении.